Вклад Tоре-Бюргера

Крупнейшим французским критиком стал Этьен-Жо-зеф-Теофиль Торе (Е. J. Th. Thore, 1807-1869). Его мировоззрение складывалось под влиянием Июльской революции, участником которой он был. Республиканец, «сын» карбонариев, увлеченный социалистическими идеями, Торе активен в пропаганде «социального романтизма», завоевавшего признание в сердцах парижских радикалов-интеллектуалов. Правда, при всей своей активности Торе не был среди них главным, так как оставался чужд абстрактных теорий и лишь склонялся перед религией «солидарности».

Во все периоды своей жизни Торе — защитник республиканских идей — он много писал как политический журналист, сотрудничал в «Ревю републикэн», «Ревю дю прогре», «Ревю эндепандан», «Ревю де пёпль» (все эти издания придерживались республиканской и социалистической ориентации).

Приехав в Париж из провинции, где он занимался юридической деятельностью, сын крестьянки и республиканца 1789 г., настроенный демократически, Торе жадно впитывает новые идеи. Полемичность Дидро, вера в «естественного человека» Руссо, утопизм Сен-Симона и Фурье, призывы «бабувистов» — все было воспринято им. В 1830-е годы Торе сближается с философом Пьером Леру, совместно с которым издает в 1848 г. брошюру «Подлинная республика». Вместе с Луи Блапом, Эммануэлем и Этьеном Арго основывает «Ревю републикэи». В 1838 г. он планирует издание «Ла демократа». За свою политическую деятельность Торе подвергался гонениям, был заключен на небольшой срок в тюрьму Сен-Пелажи.

Эстетические идеи будущего критика складывались под влиянием социалистов, обращавшихся к проблемам искусства: Ф. Филиппа, Б. Оро, Буше. Знал он и призывы Барро к художникам («О прошлом и будущем изящных искусств»). Много значили также традиции, идущие от Дидро (особо почитаемого), Руссо, Шеллинга. Отдельные положения были навеяны эстетическими трактатами Жоффруа, ученика позитивиста Кузена. Читал, наконец, Торе и статью Леру «О символическом стиле» (1829), где утверждалось, что «искусство — символы человеческой жизни».

В критике 1830-х годов остро стоял вопрос: политизировать ли суждения об искусстве? Торе был среди тех, кто считал это необходимым, о чем говорят названия его ранних статей: «Социальное и прогрессивное искусство», «О социальном положении художников в связи с выставкой и жюри». В первой из них (1834) автор призывает искусство «стать актуальным, проникать в сердце эпохи»; более того, он требует «возвратить искусствам социальный характер». Эти мысли не были забыты им и позже. Однако со временем Торе все меньше увлекался декларативными призывами, более внимательно приглядывался к истинному состоянию современного искусства во Франции. Тут и рождается известный критик Торе. В 1833 г. он пишет статью о Жерико, отдавая дань уважения этому полузабытому тогда «шефу» новой школы. На его примере Торе показывает возможности искусства, утверждающего передовые социальные идеалы.

Симпатии Торе на стороне таких современных художников, как Делакруа, Декан, Жанрон и братья Леле. Особенно он выделяет Теодора Руссо, с которым дружит и которого почитает как первого пейзажиста своего времени, призывая художника к большей смелости, к отказу от политической индифферентности. Остается впечатление, что Торе создает свой идеал художника, основанный на идеях социальной утопии, и с такими мерками подходит к деятельности современных мастеров, когда большинство из них теряют свои позиции. Торе часто пессимистичен, потому что не видит крупного художника, который отвечал бы его представлениям о высоком искусстве, его идеалу. С сожалением он констатирует, что народ мало интересуется искусством, что пропасть между искусством и обществом, созданная буржуазией, препятствует развитию французского гения. Торе желает, чтобы художники обратились к жизни народа, осознали бы воспитательную и мобилизующую функцию искусства. Он выступал против доктрин «искусства для искусства», рекламирующих «свободу» художника. Его поражает равнодушие к большому, волнующему и «поэтическому» искусству, когда «художники уже не будят воображения, как во времена Давида».

Первый «Салон» Торе, более или менее значительный, был опубликован в 1838 г.; другие созданы в 1840-е годы. Все они пронизаны общими идеями. Многие из них характерны для эпохи в целом, но у Торе подчас известные идеи получили наиболее последовательное и яркое воплощение. Критик научился относиться с пониманием к особенностям современного искусства. Он против аллегорий. Для его словаря типичны слова: поэзия, правда, оригинальность, экспрессия, идеал, прекрасное.

В романтизме Торе выделял две школы: «интимную», представленную, в первую очередь, творчеством Делакруа, и «описательную», характерными представителями которой являются Бари и Декан (они больше изучают натуру). Делакруа для Торе — «самый изысканный художник всей французской школы с тех пор, как живопись существует как живопись» («Салон 1846 года»). В 1835 г. критик посетил мастерскую Делакруа, часто вдохновенно писал о его творчестве. Известна статья 1837 г. для газеты «Сьекль», представляющая апологию этого крупнейшего романтика французской школы. Художник назван «пантеистом», самым оригинальным и самым современным мастером Франции. Его творчество «современно по форме, чувствам, экспрессии». Торе пишет: «Касаясь меня, я не знаю ничего более прекрасного, чем юные греки в резне Хиоса». Выделяет критик и «Алжирских женщин», где показан интерьер, куда «ничего не проникает извне». «Какая противоположность французскому характеру!» — отмечает он. Особо ценил Торе «Свободу на баррикадах» — единственное произведение, где народ может найти «свою Июльскую революцию».