Отступление Русской армии из Польши

Самая суровая реальность пришла к Русской армии на центральном участке фронта – в Польше в мае 1915 года. Классическим примером немецкого умения концентрировать ресурсы и время для целенаправленного решения задачи может служить их наступление в районе Горлице-Тарнова весной 1915 года. Наступление, осуществленное здесь немцами и австрийцами в мае
1915 года, имело значительно более внушительные результаты, чем февральское наступление того же года. Германское командование решило на этот раз нанести удар по участку фронта между Карпатами и Краковом. Достижение этих результатов стало возможным из-за отсутствия координации действий между Ставкой и командующими фронтами. С немецкой стороны оказалось очевидным, что русская 3-я армия, защищающая фронт к югу от Кракова, стратегически изолирована. Соотношение сил на этом участке было примерно равным: 219 тысяч (18 пехотных и
5 кавалерийских дивизий) с русской стороны против 126 тысяч немцев (10 дивизий) и 90 тысяч солдат австро-венгерской армии (8 пехотных дивизий и 1 кавалерийская). Против 733 легких,
175 среднего калибра и 24 тяжелых орудий немцев и австрийцев у Русской армии здесь было 675 легких орудий и 4 тяжелых.

Но немцы собрали на весьма узком участке прорыва миллион снарядов – такое количество было мыслимо для русских в нескольких очень укрепленных районах. Затем, в апреле 1915 года произошла скрытная группировка личного состава и орудий немцев на отрезке фронта в 45 километров против 3-й армии генерала Радко-Дмитриева. В полосе наступления германцы и австрийцы достигли превосходства в артиллерии (у немцев было 2228 тяжелых и легких орудий). Ничейная земля, разделявшая две линии укреплений, была широкой, что позволило немцам и австрийцам приблизиться к русской линии и невдалеке от русских укреплений создать новые ударные позиции, не будучи при этом замеченными.

Чтобы скрыть прибытие германских войск на южный, австрийский фланг, германские разведгруппы были одеты в австрийскую униформу. Это позволило внести элемент внезапности. Офицеры германских штабов взбирались на самые высокие холмы и горы, обозревая лежащие перед ними как на карте русские позиции. Отличие от Западного фронта было довольно значительным: широкая “ничейная земля”, один укрепрайон обороны. Все местное население было эвакуировано немцами, чтобы противостоящие войска генерала Радко-Дмитриева пребывали в безмятежности. 25 апреля Радко-Дмитриев все же обнаружил немецкое присутствие, но не запросил подкреплений. Генерал Данилов рисует удручающую картину русской неготовности. Подготовительная артиллерийская канонада началась вечером 1 мая 1915 г. Утром 2 мая германо-австрийские войска начали совместное наступление. Германские штурмовые группы ждали своего часа для скоростного броска. Немцы пошли вперед после 4-часовой артиллерийской подготовки (700 тысяч снарядов) - здесь была самая большая концентрация артиллерии за всю Первую мировую войну. Немецкая пехота бросилась вперед, практически не встречая сопротивления. Гаубицы крушили русскую оборону. Под ударами немцев оставила оружие не только первая, но вторая и третья линии русской обороны. Германские снаряды сокрушили русские окопы, линии связи и пути подхода подкреплений. Немецкая артиллерия уничтожила треть обороняющихся сил, остальные должны были преодолевать глубокий шок. Это открыло наступающим немцам 150-километровую полосу наступления.

В течение часа после окончания бомбардировки немцы взяли в плен 4 тысячи человек и разъединили русский фронт. В первый день наступления и в следующий германские штурмовые отряды продвигались вперед на расстояние более десяти километров в день, полностью преодолев русскую линию обороны. Численность солдат в русских корпусах уменьшилась с 34 тысяч до
5 тысяч. Все брошенные на пути немецкого наступления части попросту исчезали в огне. Русская армия, неся тяжелые потери, начала кровавое отступление - через сутки из Горлицы, через пять дней - из Тарнова. 4 мая немецкие войска вышли к чистому полю, а позади 140 тысяч русских солдат молчаливо шагали в плен. 3-я русская армия потеряла 200 орудий, запасы снарядов таяли катастрофически. 5 мая командующий армией генерал Радко-Дмитриев запросил 30 тысяч снарядов. На следующий день – еще 20 тысяч.

7 мая Радко-Дмитриев предпринял отчаянную контратаку, но она окончилась неудачно. Сорок тысяч русских воинов оказались напрасной жертвой. Теперь лишь отход Русской армии за реку Сан мог предотвратить ее полный разгром. Но великий князь Николай Николаевич был непреклонен. Это обрекло 3-ю армию. В конце концов армия получила разрешение отойти за реку Сан. Из ее 200-тысячного состава лишь 40 тысяч пересекли Сан не ранеными. Да и Сан нельзя было рассматривать как непреодолимую преграду. Макензен же снова довел запас своих снарядов до миллиона (тысяча на одну полевую пушку) против 100 тысяч у генерала Иванова. Ураган артиллерийского огня выбрасывал русских солдат из плохо обустроенных окопов, а в открытом поле их ждал огонь германских пулеметов. Немцы без особых промедлений создали плацдарм на восточном берегу реки Сан.

Окончился 9-месячный период российских побед на Австрийском фронте. В течение недели Русская армия потеряла почти все, что было завоевано в Карпатах, тридцать тысяч солдат попали в немецкий плен. После овладения немцами южногалицийским городом Стрый было заявлено о 153 тысячах русских военнопленных. К 13 мая австро-германские войска достигли пригорода Перемышля и Лодзи. 19 мая Макензен заставил русских оставить их самый большой прежний приз - крепость Перемышль, завершив вытеснение русских войск из Галиции. Австрийские войска вошли во Львов и приготовились к выходу на долины русской Волыни.

Обнадеживающие сведения шли только с Апеннин – здесь Италия 23 мая объявила войну Центральным державам. Но вооруженная старыми ружьями неопытная итальянская армия едва продвинулась на австрийскую территорию. Итальянцы не сумели отвлечь значительных австрийских сил и ослабить агонию 3-й русской армии. А сербская армия, спешившая захватить Албанию до прихода итальянцев, также ослабила давление на австрийцев.

В июне шестидневным броском Макензен вывел свои войска ко Львову. Великий князь Николай Николаевич доложил царю, что две трети войск генерала Иванова уничтожены.
В отчаянной обстановке генерал Иванов, когда-то бывший воспитателем императора Николая Второго, пособившего царю в получении Георгиевского креста (для этого царю нужно было участвовать непосредственно в бою) попросил об отставке. Алексеев взял на себя командование войсками в Северной Галиции. Запас снарядов на одно орудие сократился до 240, войска были измотаны тяжелыми боями.

Немцы тем временем развернули грандиозные силы. Летом 1915 г. на Восточном фронте было уже вдвое больше германских и австрийских дивизий, чем на Западном фронте. (К сожалению, Запад не воспользовался представившейся возможностью - стратегической переориентацией Центральных держав). Россия призвала в ряды своей армии к лету 1915 г. десять миллионов человек, и германское наступление захлебнулось кровью русских солдат. Потери по двести тысяч человек в месяц - таков страшный счет 1915 г., счет, к сожалению, не оплаченный Западом. И все же возрождаемое русское военное искусство сказалось в том, что отступающая армия была спасена. Немцам, при всех их огромных успехах, так и не удалось добиться главного - окружить Русскую армию.

Ставка санкционировала эвакуацию Львова. 22 июня 2-я австро-венгерская армия вошла в город. Эта 6-недельная операция была одним из самых больших успехов немцев и австрийцев за всю войну. Ударный кулак из восьми германских дивизий, потеряв 90 тысяч своего состава, взял в плен 240 тысяч русских воинов.

Страшный для России 1915 год продолжал свое течение. На протяжении года страна потеряла миллион солдат и офицеров только пленными. Началась подлинная деморализация Русской армии, разобщение офицерского и рядового состава. На военной конференции в Холме было решено строить бараки в небольших городах - расквартированные в крупных промышленных центрах части быстро становились жертвою антивоенных агитаторов. Ощутим был коллапс прежней армейской структуры. 40 тысяч офицеров 1914 года были, в основном, выбиты из строя. Офицерские школы выпускали 35 тысяч офицеров в год. На 3 тысячи солдат теперь приходились 10-15 офицеров. Их опыт и квалификация желали лучшего. 162 тренировочных батальона за шесть недель готовили младший офицерский состав. Увы, на протяжении 1915 года разрыв между офицерской кастой и рядовыми значительно расширился.

На совещании русского командования в Холме 17 июня все внимание русских генералов было сосредоточено на Галиции, а не на холодных просторах Севера. К тому же считалось, что у Алексеева достаточно сил: 43 пехотные и тринадцать кавалерийских дивизий (из общего числа 116 пехотных и 35 кавалерийских дивизий на всем Восточном фронте). Тогда впервые прозвучали голоса о целесообразности оставления польского выступа в целом - чтобы сократить линию фронта и укрепить оборону. Но претензии на Босфор не позволяли пойти этим путем на виду у всех союзников. К тому же крепости Русской Польши считались еще бесценными.

3 июня 1915 г. состоялась имперская военная конференция немцев в замке Плесс с участием кайзера, Фалькенхайна, Гинденбурга, Людендорфа, Гофмана, Макензена, Конрада. Обозревалась вся военная обстановка. Аппетит восточного командования немцев рос пропорционально их успехам. Людендорф и Гинденбург требовали продолжения наступления на Востоке, Фалькенхайн был за активизацию действий на Западе. Макензен получил командование над несколькими австрийскими армиями. Но главным было оглашение амбициозных планов Гинденбурга и Людендорфа: окружить врага между Ковно и Гродно, прервать жизненно важные для русских железную дорогу между Вильно и Петроградом. Людендорф запросил у Вильгельма Второго подкреплений массового масштаба, которые позволили бы германским войскам рвануться вдоль Балтийского побережья и окончательно решить судьбу войны. 30 июня Людендорф снова попытался пробить идею отрезать отступающие вглубь своей территории русские войска, затем повернуть на юг и, замыкая кольцо у Брест-Литовска и Припятьских болот, уничтожить все основные боевые соединения противника.

Целью немцев стала Русская Польша. Согласно плану, одобренному 2 июля, Макензену поручалось повернуть на север курсом на Брест-Литовск и Варшаву. С севера ему навстречу выдвигалась группа Гольвица. Группа армий «Макензен» состояла из 33 пехотных и 2 кавалерийских дивизий. Его метод был уже достаточно хорошо известен: сконцентрировать максимум артиллерии в одном месте. Бедой русских было то, что их траншейно-окопная система не была адекватной требованиям момента, и то, что планомерный отход не был их сильной стороной. Выбегавших под огнем пушек солдат немцы планомерно уничтожали шрапнелью.

В середине июля Макензен нанес удар. Через несколько дней он уже взял Люблин и Холм. Даже по меркам Танненберга потери Русской армии были огромны. В отличие от Людендорфа и Конрада Фалькенхайн и Макензен считали всякие наполеоновские маневры с ударами на флангах и последующим окружением противника устаревшими. Они верили в концентрацию огня и планомерное артприкрытие войск, в удары по центру, в смелую лобовую тактику. И сейчас в Польше она себя оправдывала. Макензен двигался со стороны Галиции относительно медленно, ожидая подвоза боеприпасов. Железные дороги, чем дальше, тем больше становились редкими, снабжение теперь осуществлялось на повозках.

А с севера группа немецких войск в начале июля стала готовиться к движению к реке Нарев. Фалькенхайн рассчитывал на распыление русских резервов, и не ошибся. На фронте в
40 километров германское командование сосредоточило десять с половиной дивизий, более 1000 пушек и 400 тысяч снарядов. Лучший немецкий артиллерист Брухмюллер готовил артиллерийскую атаку. 13 июля произошло повторение Горлицы. Обычное уже отсутствие координации между 1-й и 12-й русскими армиями создало необходимые немцам возможности.
В первый же день немцы продвинулись на пять километров. К 17 июлю главным достижением германской армии под командованием Галвица было не продвижение на семь-восемь километров, а уничтожение 70 процентов противостоящих русских войск. Одновременно Макензен побеждал у Красника и Красностава.

Возможно, самый жестокий и унизительный период - с начала августа до конца сентября 1915 года. 5 августа 1915 г. германские войска вошли в Варшаву - впервые после 1815 г. русские войска оставили польскую столицу. Фронт стабилизировался по линии Лида-Барановичи-Пинск.

Итак, на протяжении лета и осени 1915 г. русская армия пыталась сдержать натиск всей австрийской и сорока германских дивизий. Отступление русских войск на Восток продолжалось. Но немцам снова не удалось окружить основные русские войска, они отступали, сохраняя порядок. Россия тем временем начала терять земли восточнее Польши. Ставку особенно страшила потеря Риги. Спешно была сформирована прикрывающая Ригу двенадцатая армия.

Поражения 1915 г. стоили России I5% ее территории, 10% железнодорожных путей, 30% ее промышленности. Одна пятая населения Российской империи либо бежала, либо попала под германскую оккупацию. Общий отход Русской армии сопровождался бегством огромных масс населения, миллионы беженцев запрудили со своим скромным скарбом дороги. Толпы эвакуированного населения создали новую опасность. Число беженцев достигло в 1915 г.
10 млн человек. А на фронте в этом страшном году погиб миллион русских воинов и 750 тысяч были взяты в плен.