Условия, предшествовавшие заключению Брестского мира

В начавшейся в 1917 году Гражданской войне Россия потеряла от 7 до 10 миллионов своих граждан – в пять раз больше, чем она потеряла в Первой мировой войне. В период между ноябрем 1917 года и мартом 1918 года 900 советов заменили прежнюю политическую власть. Вовсе не отсутствие лояльности выбило Россию из союза с Западом. Пролитая кровь тому порука. Основные причины краха России – изоляция от индустриального мира, крушение транспортной системы, уменьшение численности промышленных рабочих, увеличение стоимости продукции
из-за роста цен на первичное сырье, прекращение конвертируемости рубля, ухудшение жизни в городах. Запад не осознавал глубины той пропасти, в которую угодила Россия. Постепенно Запад начал терять и сторонников в России.

Слабым местом большинства антибольшевистских политических группировок, лишавших их привлекательности в глазах Запада, было то, что после октябрьского переворота они в той или иной степени смирились с мыслью, что Россия не может далее продолжать войну. То есть, отличаясь от большевиков по своим социальным идеалам и представлениям, они практически становились неотличимыми от большевиков по главному интересовавшему западных союзников вопросу: следует ли ради союзнической верности пренебречь даже инстинктом самосохранения? И если да, то как восстановить Восточный фронт? Лидеры этих группировок приходили в союзнические посольства и возмущались коварством большевиков по вопросу о захвате власти. Однако по вопросу о войне они излагали близкие к большевистским идеи, в результате чего их ожидало, в лучшем случае, возмущенное молчание западных союзников.

Представители западных союзников объясняли своим русским собеседникам, что после всех своих жертв Британия и Франция не могут согласиться на "преждевременный мир". Учитывая тотальный характер развернувшегося конфликта, Россия может купить себе мир лишь на условиях, гибельных для всех и для нее в первую очередь. Ради самосохранения, а не ради союзников, в ее собственных интересах следует приложить максимальные усилия ради сохранения Восточного фронта, пока Британия и Франция с американской помощью не разобьют Германию, освобождая и Россию от смертельной угрозы.

Нужно сказать, что и Антанта не чужда была тайным дипломатическим контактам. Англичане вели переговоры о сепаратном мире с Австрией и с Турцией. С согласия Ллойд Джорджа генерал Сметс 18 декабря 1917 г. встретился в предместье Женевы с бывшим австрийским послом в Лондоне графом Менсдорфом, предлагая в обмен на сепаратный мир сохранение Австро-Венгерской империи. Секретарь Ллойд Джорджа Филип Керр встретился в Берне с турецким дипломатом доктором Гумбертом Пароди, прощупывая возможности турецкого сепаратизма.
Но германское влияние на обе державы было столь велико, что ни Австро-Венгрия, ни Оттоманская империя не осмелились сделать решающий шаг.

Не преуспев в тайных переговорах, премьер Ллойд Джордж гордо заявил 14 декабря 1917 г., что «не существует промежуточной дистанции между победой и поражением». Франция в свою очередь объявила, что отказывается от дипломатии как от инструмента достижения мира.
15 декабря Троцкий (Троцкий Лев Давидович (1879-1940), российский политический деятель. Принадлежал к наиболее радикальному крылу в Российской социал-демократической рабочей партии. В 1908-1912 гг. - редактор газеты «Правда». В 1917 г. - председатель Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов, один из руководителей Октябрьского вооруженного восстания. В 1917-1918 гг. - нарком по иностранным делам) заявил бывшим союзным правительствам, что, если они не согласятся вести переговоры о мире, большевики приступят к переговорам с социалистическими партиями всех стран. Но вначале большевикам нужно было объясниться с германским империализмом.

Нетрудно понять чувства германского командования при виде распада России. Предшествующая смертельная борьба исключала рыцарственность. Генерал Гофман считал самым благоразумным для Германии иметь в тылу мирную Россию, из которой она могла бы получать продовольствие и сырье.

Для реализации этих условий Гофман предлагал занять линию Смоленск-Петербург, образовать в Петербурге правительство, которое назначило бы при наследнике-цесаревиче желательного Германии регента. Россию следовало держать в орбите германского влияния, ее раздел осуществлять осторожно. Регентом Гофман наметил великого князя Павла, с которым германский командующий Восточным фронтом вступил в сношения через зятя великого князя – полковника Дурова.

В ночь на 20 ноября 1917 г. случилось то, чего так опасались на Западе.
Большевистское правительство послало Верховному главнокомандующему - генералу Духонину (Духонин Николай Николаевич (1876-1917), российский генерал-лейтенант (1917).
С 10(23) сентября 1917 г. начальник штаба Верховного главнокомандующего, с 3(16) ноября временно исполняющий обязанности Верховного главнокомандующего; решением Совета Народных Комиссаров 9(22) ноября отстранен от должности за отказ вступить в мирные переговоры с австро-германским командованием. После занятия Ставки (Могилев) революционными войсками убит солдатами) радиотелеграмму с приказом предложить германскому командованию перемирие. Поздно вечером 21 ноября союзные посольства в Петрограде получили от наркома иностранных дел Троцкого ноту с предложением заключить перемирие с Германией и начать переговоры о мире. Бьюкенен советовал оставить ее без ответа.
В палате общин он рекомендовал заявить, что правительство будет обсуждать условия мира с законно образованным русским правительством, но не с теми, кто нарушает обязательства, взятые 5 сентября 1914 г.

25 ноября 1917 г. союзные военные представители в Ставке выразили официальный протест Духонину: нарушение союзнических обязательств может иметь самые серьезные последствия. Троцкий напомнил, что его правительство желает не сепаратного, а всеобщего мира. Если России придется заключить сепаратный мир, то вина падет на союзные правительства. 26 ноября новый Главнокомандующий Русской армией Крыленко обратился к германской стороне с запросом, согласно ли германское верховное командование на перемирие? Немцам не просто было приспособиться к новой реальности на их Восточном фронте. Характер и степень стабильности нового русского правительства были для правящего Германией класса тайной за семью печатями. Генерал Людендорф вызвал командующего Восточным фронтом генерала Гофмана и спросил, можно ли иметь дело с этими людьми. Перед Берлином стояла альтернатива: военным путем прорвать ослабевший фронт или в ходе мирных переговоров избавиться от России как от противника. Первый путь требовал задействования значительных войск – просторы России огромны. А судьба Германии решалась на Западе – там требовались дивизии, размещенные на Востоке. Немцы руководствовались фактором времени и экономии сил - они высказались за переговоры.

Людендорф предупредил министерство иностранных дел, что условием мирных переговоров должно быть признание Россией ассоциация Польши с Центральными державами, эвакуация русских из Финляндии, Эстонии, Ливонии, Молдавии, Восточной Галиции и Армении. Предполагалась реорганизация русской системы коммуникаций с германской помощью, финансовая поддержка русской реконструкции, установление тесных экономических отношений, расширение торгового товарооборота, поставки Россией на льготных условиях зерна, масла и пр. Если русские представители выразят опасение в отношении японской интервенции, Германия предоставит России необходимые гарантии. В дальнейшем Германия заключит с Россией формальный союз. От переговоров Гинденбург и Людендорф ждали максимально быстрых решений. Все их мысли были уже на Западе. Несколько иначе думали австрийцы. Напряжение в двуединой монархии было таково, что каждый жесткий шаг грозил усугубить внутреннюю неустроенность.