ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Итак, подведем некоторые итоги. Русская журналистика заявила о своем существовании в 1702 году с момента издания петровских «Ведомостей» - первой русской печатной газеты. До этого в России издавались рукописные предшественники газеты - «Куранты» или «Вестовые письма». Это были сводки политических новостей, переписанные в одном, реже в двух экземплярах от руки и предназначавшиеся для прочтения царю и ближайшим боярам. Первые «Куранты» относятся к 1600-м годам. Но подлинным «первенцем» русской печати стали «Ведомости», которые стали издаваться по личному указанию и при личном участии русского царя Петра I типографским способом. Указ об издании первой русской газеты был подписан в декабре 1702 года. Тогда же вышли пробные номера, но первый из дошедших до нас экземпляров газет датирован 2 января 1703 года.

Конечно, первая русская газета была органом государства помещиков, дворян и богатого купечества. Но в то же время она стала важным фактором развития национальной культуры, особенно если учесть, что, начиная с 1708 года, стала печататься гражданским шрифтом вместо церковнославянского.

Содержание первой русской газеты сводилось к широкой пропаганде петровских реформ, много места отводилось характеристике экономического потенциала страны, обзору военных действий в Северной войне, дипломатическим связям Русского государства, фактам национальной культуры, открытию школ, описанию торжественных праздничных актов, публикации проповедей сподвижников Петра I (Феофан Прокопович) и др. Тираж «Ведомостей» колебался от нескольких десятков до 4-х тысяч экземпляров.

Следует отметить серьезное отличие первой русской газеты от первых газет других европейских стран. Первая русская газета «Ведомости» была менее всего коммерческим изданием, какими были впервые возникавшие европейские газеты. Русская газета с первых дней существования обнаружила свои важные потенциальные качества - быть проводником определенной политики, пропагандистом, а подчас и организатором общественного мнения в пользу государственных реформ, в пользу защиты национальной самостоятельности и независимости. Идеологический уровень первой русской газеты был несомненен, несмотря на то, что в ней первенствовали информационные материалы.

О том, что первая русская газета была весьма высока по своему уровню, по своим функциям - как тип информационной газеты - косвенно говорит дальнейшее успешное развитие русской журналистики, которое пошло неудержимым потоком в последующие времена.

Уже в 1728 году появился первый опыт издания русского журнала под названием «Примечания». В том же году стала издаваться газета «Санкт-Петербургские ведомости» при Академии наук в Петербурге, сменившая петровские «Ведомости».

С первым русским журналом «Примечания» связаны и первые шаги М.В. Ломоносова как журналиста. Здесь в 1741 году он работал в качестве автора и переводчика. Были опубликованы в этой газете некоторые оды Ломоносова, переводы научных статей. С 1748 по 1751 год Ломоносов являлся фактически редактором газеты «Санкт-Петербургские ведомости».

Сотрудничал Ломоносов и в журнале, издававшемся на латинском языке Академией наук «Комментарий» (с 1750 года - «Новый комментарий»).

М.В. Ломоносов не только сотрудничал в журналах, но и живо интересовался профессией журналиста как таковой. Известно, что задолго до превращения журналистики в массовую профессию в ее среде возникали нравственные конфликты и, соответственно, накапливался опыт их разрешения. Одно из подтверждений тому - письмо М.В. Ломоносова к знаменитому математику Леонарду Эйлеру и его «Рассуждения об обязанностях журналистов при изложении ими сочинений, предназначенных для поддержания свободы философии», относящиеся к 1754 году.

Поводом к «Рассуждениям» послужила неверная информация о работе М.В. Ломоносова, опубликованная в лейпцигском научном журнале. В ответ ученый написал специальную диссертацию. В ней он изложил правила, которыми, по его мнению, должны руководствоваться журналисты. М.В. Ломоносов предостерегает их от злоупотребления свободой суждения, причину которого он усматривает в том, что большая часть пишущих смотрит «на свое авторство как на ремесло и на средство к пропитанию, вместо того, чтобы поставить себе целью строгое и правильное разыскание истины».

Круг вопросов, поставленных М.В. Ломоносовым, достаточно широк. Он призывает журналистов к тщательному рассмотрению того, о чем они берутся писать, осуждает невнимательность, небрежность, поспешность, дух пристрастия и недобросовестность: «Чтобы быть в состоянии произнести приговор искренний и справедливый, нужно освободить свой ум от всякой предвзятости». Осмысливая конкретный случай журналистского произвола, М.В. Ломоносов поднимается в своей диссертации до постановки принципиальных вопросов журналистской этики, к которым он подходит с позиций общечеловеческой нравственности. В диссертации подчеркивается необходимость защищать людей от несправедливых нападок прессы и не допускать искажения истины, которую она обязана нести читателю.

О том, что инцидент с лейпцигским журналом вызвал беспокойство читающей публики, говорит и возмущение Л. Эйлера случившимся. Он тотчас же передал работы М.В. Ломоносова секретарю Берлинской академии наук Ж. Формею для немедленной публикации.

Правила поведения журналистов, составленные М.В. Ломоносовым, иногда называют даже первым кодексом профессиональной этики журналиста. Это неверно. Кодексом становятся только те правила, которые поддерживаются профессиональной корпорацией, а ее в России в XVIII веке еще не было. Но в истории сохранился тот факт, что именно великий русский ученый первым в мире высказался о высокой ответственности человека, берущегося давать оценку научным или иным явлениям действительности. Правдивость, умение правильно понять оппонента, дать верную оценку фактам, личная порядочность были провозглашены важнейшими профессиональными качествами журналиста.

По инициативе Ломоносова вслед за открытием в 1755 году Московского университета была создана вторая русская газета - «Московские ведомости», а еще ранее Ломоносов убедил правительство издавать академический журнал, который и стал выходить под названием «Ежемесячные сочинения, к пользе и увеселению служащие» (1755). Вынашивал Ломоносов планы издания еще нескольких периодических изданий, но этим планам не суждено было осуществиться.

Нужно сказать, что многие русские журналы XVIII века были недолговечны, а две русские газеты имели официальный характер. Они были достаточно стандартизированы в отборе информации и ее подаче: на первом месте шли династические новости, затем придворная жизнь, сведения о чинопроизводстве и наградах и только затем любопытные известия и культурная информация. Объявления печатались в специальных приложениях, и доход от их публикации поступал в бюджет Академии наук или Московского университета.

В истории газеты «Московские ведомости» выделяется период, когда эта газета вместе с типографией Московского университета была отдана в аренду известному русскому просветителю Н.И. Новикову. Это было в 1779–1790 гг. Новиков не только оживил газету, расширил ее содержание, но и стал издавать ряд интересных приложений к ней, в их числе первый детский журнал «Детское чтение для сердца и разума» (1785–1789).

В середине XVIII века русская журналистика обогатилась новым типом издания - частным журналом, т.е. формально не зависящим от учреждений правительства, который издавал литератор на правах частного предпринимателя. Первым таким изданием был журнал А.П. Сумарокова «Трудолюбивая пчела» (1759). Название трактовалось в том смысле, что читатель, как трудолюбивая пчела, будет собирать все полезное и нравоучительное, что найдет в издании, хотя напрашивалось и другое сравнение - самого издателя, журналиста с пчелой, собирающей все полезное и интересное для людей. Журнал ориентировался на дворянскую аудиторию и симпатизировал не царствующей Елизавете, а великой княжне Екатерине Алексеевне, вскоре ставшей императрицей Екатериной II. Отсюда критическое отношение к придворной знати времен Елизаветы, критика казнокрадства, взяточничества, излишней роскоши. Журнал издавался ежемесячным тиражом 1200 экземпляров и был преимущественно литературным. Издание «Трудолюбивой пчелы» прекратилось в декабре 1759 года по причине недовольства его критической направленностью.

Затем появились журналы Н.И. Новикова «Трутень», «Живописец»; Д.И. Фонвизина - «Друг честных людей»; И.А. Крылова - «Зритель» («Зритель» - ежемесячный журнал, издававшийся в Санкт–Петербурге с февраля по декабрь 1792 г. Издатели - И.А. Крылов, А.И. Клушин, П.А. Плавильщиков. Содержал критику крепостного права, выступал против сентиментализма), «Почта духов» («Почта духов» - сатирический журнал, издававшийся И.А. Крыловым в январе – августе 1789-го в Санкт–Петербурге) и др. Самым замечательным в этом ряду русских журналов была их сатирическая направленность. Уровень сатиры по формам и содержанию был весьма высоким.

Это были преимущественно литературные журналы. Однако и в литературной форме передовые журналисты того времени - Новиков, Крылов, Фонвизин и другие сумели поставить ряд острых социальных проблем. Новиков в своих журналах критиковал крепостнические порядки, осуждал жестокосердие помещиков, паразитизм, стремление жить не по средствам, французоманию дворян и другие пороки. Журнал «Трутень» сопровождался выразительным эпиграфом: «Они работают, а вы их труд ядите» и был обращен к русским помещикам.

Не менее остро критиковал дворян-помещиков и Крылов, впоследствии знаменитый русский баснописец. Под видом переписки духов, гномов и других существ потустороннего мира он бичевал самодержавие, придворные нравы, дикость и жестокость помещиков, взяточничество чиновников.

Нужно сказать, что эта сатирическая струя в журналистике была в значительной степени предопределена крупным крестьянским восстанием под предводительством Емельяна Пугачева, показавшим остроту социальных противоречий в стране.

Особого внимания заслуживает полемика, развернувшаяся между журналом «Всякая всячина» (1769), который издавала сама императрица с помощью своей подруги княгини Е.Р. Дашковой, и журналами Новикова. Новиков отстаивал сатиру на конкретных носителей пороков, Екатерина предпочитала, чтобы сатира носила абстрактный характер, сводилась к морализаторству, никого реально не затрагивала.

Разумеется, внешнюю победу одержала Екатерина: журналы Новикова, Фонвизина и других просветителей-демократов были закрыты. Но идейная победа осталась на стороне журналистов, критиковавших крепостничество, взяточничество, галломанию дворянства и придворных, распущенность нравов и прочие социальные грехи их реальных носителей – дворян-помещиков, чиновников.

При всей ограниченности содержания русских изданий XVIII века журналистика сыграла важную роль: она была единственным источником общественной информации, способствовала становлению и развитию отечественной литературы, распространению культурных и научных знаний, становлению общественного мнения в России.

В конце XVIII века в русской печати получили достаточно яркое отражение революционные события в Европе и Америке. Революция, начавшаяся в конце 70-х гг. XVIII в. в Северной Америке, нашла отражение в газетах «Санкт–Петербургские ведомости» и «Московские ведомости». Н.И. Новиков в журнале «Прибавления к «Московским ведомостям» опубликовал ряд статей, в которых рассказывал о вождях американской революции, в частности, о Вашингтоне, который, по словам Новикова, «основал республику», Новиков требовал невмешательства Европы в американские дела.

В тот же год первый русский революционер А.Н. Радищев в оде «Вольность», обращаясь к Америке, восклицал: «Ликуешь ты, а мы здесь страждем! Того ж, того ж и мы все жаждем!».

Однако в дальнейшем и Радищев, и Новиков несколько изменили свое отношение к республиканским порядкам в Америке. Социальные контрасты республиканской Америки не позволяли Радищеву считать ее «блаженной страной».

Новиков не мог смириться с рабством негров в Америке.

Еще шире отразились в русской печати события Великой французской революции. 7 августа 1789 года «Санкт–Петербургские ведомости» вышли с сенсационным сообщением о взятии Бастилии. Давались другие важные сведения, в их числе отрывки из речей Мирабо и других деятелей. Был перепечатан дословный перевод всех 17 статей Декларации прав человека. Особенно полно информировали о предреволюционном периоде, о начале революции «Московские ведомости». Однако надо иметь в виду тональность многих сообщений: «Рука содрогнется от ужаса, описывая происшествия» («Санкт–Петербургские ведомости»).

В газетах рассказывалось о «дерзости писателей», «наглостях черни» («Московские ведомости»). К тому времени «Московские ведомости» были отобраны у Новикова, и сообщения о революционных событиях приняли иную тональность. В целях запугивания русских читателей допускалась публикация писем из различных областей Франции о «великих беспокойствах», о пожарах в дворянских имениях, казнях людей и т.д.

«Политический журнал», который стал издаваться с 1 января 1790 года при Московском университете магистром философии П.А. Сохацким, начал было с высокой оценки событий 1789 года во Франции, находя в них «много доброго». Но затем перешел на более умеренный тон: революция пугала большинство дворян.

Тем не менее в первые годы Французской революции (1789–1791) в Петербурге и Москве можно было приобрести у торговцев книгами некоторые французские газеты, картинки с изображением взятия Бастилии. Тиражи газет заметно возросли. «Санкт–Петербургские ведомости» в 1790 году имели тираж до 2700 экземпляров, «Московские ведомости» - до 4000.

В год Великой французской революции А.Н. Радищев, работая над своей знаменитой книгой «Путешествие из Петербурга в Москву», в которой он поднялся до революционного убеждения о неизбежности насильственного свержения царизма, уничтожения крепостничества, выступил в журнале дворянской молодежи «Беседующий гражданин» (Радищев Александр Николаевич (1749–1802) - русский революционный мыслитель, писатель, журналист. Автор «Путешествия из Петербурга в Москву», оды «Вольность». Мировоззрение Радищева - вершина в развитии русской общественной мысли XVIII - начала XIX века). В передовой русской публицистике конца XVIII - начала XIX века большое место отводилось воспитанию гражданских доблестей, гражданского достоинства и патриотизма. И одним из основоположников этого направления был Радищев.

В 1789 году в декабрьском номере журнала «Беседующий гражданин» он опубликовал статью «Беседа о том, что есть сын Отечества». Не все рожденные в Отечестве достойны величественного наименования сына Отечества (патриота). Находящиеся под игом рабства недостойны украшаться сим именем, утверждал публицист. Уже из этих слов вытекает требование борьбы с угнетением, крепостничеством, которое насаждалось и охранялось самодержавием и помещиками - феодалами.

Особенно сожалеет писатель о положении крестьян, которые «уподоблены лошади, осужденной на всю жизнь возить телегу…». Радищев призывает образованную молодежь воспитывать себя в духе благородства и свободолюбия, сочувствовать угнетенным.

В конце XVIII века заметную роль в журналистике стал играть Н.М. Карамзин. Свои первые шаги в журналистике он сделал в изданиях Н.И. Новикова «Московские ведомости», «Детское чтение…». В 1791 году он сам стал издавать литературный ежемесячник под названием «Московский журнал». Карамзин не отличался радикальностью своих взглядов, но он сумел в легкой и увлекательной форме передать современные политические и литературные новости, оценить важные события. Просвещение читателя и воспитание эстетического вкуса - заслуги Карамзина-журналиста того периода. Его знаменитые «Письма русского путешественника» познакомили широкую русскую аудиторию с Европой: швейцарской демократичностью, немецким научным просветительством, знаменитыми учеными и поэтами, комфортабельностью европейской жизни.

При всей ограниченности круга читателей, прежде всего из–за низкой грамотности населения, политическая информация из Франции, критика крепостнических отношений, угнетения крестьян в России, порицание паразитизма помещиков, высмеивание продажности чиновничьего аппарата, - все это не могло не пугать правящие классы. В начале 1790 года подобная информация резко сокращается. Екатерина II, напуганная Французской революцией, крестьянскими выступлениями против помещиков, переходит к преследованию передовых людей своего времени: Радищева, Новикова. Наступает реакция. Ее только усугубил сменивший на престоле скончавшуюся в 1796 году Екатерину Павел I. При нем еще больше ограничиваются возможности независимой передовой журналистики, устанавливаются цензурные ограничения.

В целом, к концу XVIII столетия в России сложилась система печати, достаточно гибкая, чтобы удовлетворить потребности читателя. Появились частные издания прогрессивного направления, установилась тесная связь литературы и журналистики. Из общего числа журналов обособились специальные журналы: научные, хозяйственные, медицинские, детские и некоторые другие. Родилось совершенно оригинальное явление - русская сатирическая журналистика. Появились первые журналы в провинции («Ежемесячные сочинения» в Ярославле и др.).

Определились две основные политические линии: монархическая, крепостническая - с одной стороны, и оппозиционная, антикрепостническая и частично даже антимонархическая (Радищев) - с другой. По связям с общественным движением, передовой идеологией оппозиционная печать, несмотря на царскую цензуру и преследования, встала вровень с возникшей раньше ее по времени западноевропейской журналистикой.

Журналистика XVIII века дала образцы язвительного памфлета, памфлета–пародии («Письма Фалалею» Фонвизина, «Похвальная речь в память моему дедушке» Крылова и др.). Она показала богатые возможности эпистолярного жанра (Крылов, Фонвизин). Карамзин предпринял попытки в области интервью.

Устами Ломоносова и Радищева сформулирован фактически первый кодекс передового журналиста, журналиста – гражданина. XVIII век в лице своих лучших представителей завещал последующим поколениям журналистов правдивость, гражданское достоинство, скромность как непременные профессиональные качества.

Таким образом, XVIII век сделал много. Но общерусская печать нуждалась еще в значительном совершенствовании. Газеты носили казенно–официальный характер, их было мало. Сама история журналистики складывается поэтому как история журналов по преимуществу. Журналы часто не умели еще обеспечить единство направления - важнейшее требование к прессе. Отсюда тяготение к «моножурналу», т.е. журналу одного лица. Много предстояло сделать по разработке типов журналов, развитию газетного дела.

Впереди было еще совершенствование многих жанров, разработка теории журналистики, видов и форм общения прессы с массовым читателем, дифференциация журналистского труда, преодоление цензурных ограничений.

Но потенциально русская журналистика, особенно частные журналы, несмотря на вмешательство царского правительства, которое предписывало следить не только за изданиями, но и за редакторами, оппозиционными журналистами, пресекать не только революционные, но и либеральные идеи, показала, что прогрессивные издания могут стоять и стоят на страже народных интересов. И это был главный итог развития русской журналистики в XVIII веке.