Судебная комплексная сексолого-психолого-психиатрическая экспертиза потерпевших: определение беспомощного состояния, способности давать показания

1.   Предмет и специфика экспертизы по определению беспомощного состояния в настоящее время заданы постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 11 от 15 июня 2004 года «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации», который указал, что изнасилование (статья 131
УК РФ) и насильственные действия сексуального характера (статья 132 УК РФ) следует признавать совершенными с использованием беспомощного состояния потерпевшего лица в тех случаях, когда оно в силу своего физического или психического состояния (слабоумие или другое психическое расстройство, физические недостатки, иное болезненное либо бессознательное состояние, малолетний или престарелый возраст и т.п.) не могло понимать характер и значение совершаемых с ним действий либо оказать сопротивление виновному лицу. При этом лицо, совершая изнасилование либо насильственные действия сексуального характера, должно сознавать, что потерпевшее лицо находится в беспомощном состоянии.

В определении юридического критерия беспомощного состояния имеются два компонента, характеризующие его структуру. Их можно обозначить как интеллектуальный (невозможность понимать характер и значение совершаемых действий) и волевой (невозможность оказывать сопротивление). Наличие любого из этих компонентов оказывается достаточным основанием для констатации психической беспомощности, поскольку свидетельствует о нарушенной способности к формированию поведения, обозначенного М.М. Коченовым (1980) как “последовательно адекватного ситуации”.

Ю.Л. Метелица (1988) отмечал, что беспомощность при судебно-психиатрическом освидетельствовании характеризуется совокупностью юридического и медицинского критерия, выступая в неразрывном единстве, хотя он же указывал на то, что само по себе “беспомощное состояние” может и не быть связано с психическими расстройствами. Он выделил 4 уровня понимания: 1) внешней стороны юридически значимых событий; 2) их фактической стороны;
3) социального значения криминальных событий и 4) социального значения криминальных событий на уровне личностного смысла.

При этом он замечал, что для констатации беспомощности достаточно нарушения понимания на одном из выделенных уровней. Он также обращал внимание на то, что при раскрытии вопроса о содержательной стороне волевого компонента юридического критерия психической беспомощ-ности важно учитывать такие стороны волевых нарушений, при которых существенно нарушается способность к целенаправленному “последовательно адекватному” поведению и к оказанию сопротивления.

Особое значение придается каждой из составляющих интеллектуальный критерий категории. Так, под пониманием характера действий виновного подразумевается правильное отражение их содержательной стороны. Под пониманием значения - смысловой аспект отражения этих действий в сознании (отношение своих мотивов и целей к мотивам и целям сексуальных действий преступника, отношение последствий совершаемых действий к собственному будущему, отношение этих действий к морально-этическим и правовым нормам) (Кудрявцев И.А., 1999).

Несмотря на то, что у взрослых состояние беспомощности обычно увязывается со стойкими и временными психическими расстройствами, алкогольной и наркотической интоксикацией, следует учитывать, что установление психосексуальных особенностей потерпевшего потен-циально может оказаться необходимым вне зависимости от формального возраста, даже когда ответ на вопросы о восприятии и понимании может казаться очевидным.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 11 от 15 июня
2004 года прямо указано, что при решении вопроса о том, является ли состояние потерпевшего лица беспомощным, судам следует исходить из имеющихся доказательств по делу, включая соответствующее заключение эксперта, когда для установления психического или физического состояния потерпевшего (потерпевшей) проведение судебной экспертизы является необходимым.

При оценке обстоятельств изнасилования, а также совершения насильственных действий сексуального характера в отношении потерпевшего лица, которое находилось в состоянии опьянения, суды должны исходить из того, что беспомощным состоянием в этих случаях может быть признана лишь такая степень опьянения, вызванного употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ, которая лишала это лицо, например, потерпевшую женщину, возможности оказать сопротивление насильнику. Для признания изнасилования, а также мужеложства, лесбиянства и других насильственных действий сексуального характера совершенными с использованием беспомощного состояния потерпевшего лица не имеет значения, было ли оно приведено в такое состояние самим виновным (например, напоил спиртными напитками, дал наркотики, снотворное и т.п.) или находилось в беспомощном состоянии независимо от действий лица, совершившего указанное преступление.

При отграничении составов преступлений, предусмотренных статьями 131 или 132 УК РФ,
от состава преступления, предусмотренного статьей 134 УК РФ, следует иметь в виду, что уголовная ответственность за половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста, наступает в случаях, когда половое сношение и иные действия сексуального характера совершены без применения насилия или угрозы его применения, а потерпевшее лицо понимало характер и значение совершаемых действий (т.е. интеллектуальный компонент юридического критерия отсутствовал).

Жертвой преступления может стать любой человек, независимо от его возраста, пола, физического и психического здоровья и т.д. Вместе с тем некоторые контингенты населения обладают повышенным риском стать объектом противоправных действий преступника. К ним относятся дети и подростки, пожилые люди, лица с психическими расстройствами. Этот феномен – повышенный риск становиться жертвой преступлений, несчастных случаев, любых неблагоприятных жизненных обстоятельств называют виктимностью.

М. Amir (1971) впервые применил понятие “способствование жертвы” - такое поведение жертвы, которое могло быть интерпретировано преступником или как явное приглашение к сексуальному контакту или как знак того, что при достаточной настойчивости жертва станет доступной. В отечественной литературе “способствующее поведение” рассматривается как разновидность виктимного поведения жертвы или как его синоним. Л.П. Конышева (1988) под “способствующим” понимает как аморальное, так и морально нейтральное поведение жертвы, облегчающее изнасилования. Автор выделяет две разновидности “способствующего” поведения жертвы: “объективное способствование”, характеризующееся непреднамеренным созданием условий, облегчающих изнасилование и “субъективное способствование” - поведение жертвы, способной адекватно ориентироваться в данной ситуации и допускающей возможность ее последствий.

Криминологи выделяют три типа поведения жертвы (Антонян Ю.М. с соавт., 1991):

1) провоцирующий (установление контакта, совместное употребление алкоголя, демонстра-ция благосклонности к сексуальному сближению и др.);

2) поведение, не являющееся провоцирующим, но создающее объективные предпосылки для совершения изнасилования (неосторожные поступки, появление в темном месте в позднее время);

3) положительное или нейтральное (свойственное детям и пожилым людям).

Таким образом, ряд вариантов виктимного поведения сближаются с так называемым “беспомощным состоянием”.

Изучение виктимного поведения жертвы не может быть достаточно полным и объективным без исследования преступного поведения обвиняемого. Это особенно важно в случаях диагности-рования у субъекта парафилии, поскольку у лиц с различными формами сексуальных девиаций существуют особенности предпочтения и отношения к объекту сексуального влечения.

В комплексной судебной сексолого-психолого-психиатрической экспертизе по определению способности малолетних и несовершеннолетних потерпевших по делам о половых преступлениях понимать характер и значение совершаемых с ними действий и оказывать сопротивление виновному в обследование включается выяснение следующих вопросов:

а) осведомленность потерпевшей (его) в вопросах пола (о физиологических различиях между мужчиной и женщиной, особенностях функционирования женского организма, вопросах деторождения и др.);

б) знание социальных (морально-этических, правовых) аспектов отношений между мужчиной и женщиной, социального значения половых преступлений вообще и, в частности, для самой потерпевшей (его).

Пример вопроса:

Мог ли потерпевший(ая) по уровню своего психосексуального развития или в силу каких-либо аномалий сексуальности в момент правонарушения правильно понимать характер и значение  действий преступника или оказывать сопротивление с учетом обстоятельств конкретной ситуации?

2. Дача показаний является одной из важных процессуальных функций потерпевшего. Потерпевшие обладают широким кругом прав и обязанностей, выполнение которых возможно лишь при наличии определенной зрелости. Что касается детей и подростков - жертв преступлений, то законом не ограничен минимальный возраст, по достижении которого они признаются потерпевшими и могут участвовать в предварительном следствии и судебном заседании. Если потерпевший несовершеннолетний, в деле участвует его законный представитель.

Направленное психологическое исследование сексуальной сферы жертв сексуального насилия предполагает более дифференцированный подход как при изучении становления этапа психосексуального развития потерпевших, так и при вынесении оценочных решений о их способности воспринимать обстоятельства сексуального деликта, понимать характер и значение совершаемых в отношении них противоправных действий.

Поэтому решение данного вопроса оптимально в рамках комплексной судебной сексолого-психолого-психиатрической экспертизы, которая учитывает роль возрастного, ситуативного, личностного и дизонтогенетического факторов в ситуациях сексуального правонарушения, так как предполагает сочетание сексологического и направленного психологического исследований, позволяющее производить анализ степени сформированности и ориентации потерпевшего в вопросах сексуальной сферы: 1) “возрастной” - уровень психосексуального развития как предпосылка к владению содержанием сексуальных понятий с разным уровнем обобщения и запоминания (понятийная фаза мышления); 2) “дизонтогенетический” - определяет участие нарушения психосексуального развития в способности к восприятию гендерной информации;
3) “личностный” - можно определить через степень интериоризированности половых норм, их соответствия ценностям и т.д., то есть фактор, который позволяет выяснить участие предпосылок (возрастного и дизонтогенетического факторов) в определении потенциальной способности к восприятию / воспроизведению информации; 4) “ситуативный” - определяет именно актуальную способность испытуемого к реализации юридически значимых процессов в определенной, интересующей следствие ситуации. Он включает анализ субъективной сложности понимания конкретной ситуации для испытуемого с учетом взаимодействия всех указанных факторов - полового самосознания, интериоризированности полоролевых норм, особенностей восприятия гендерной информации, психосексуального развития (то есть взаимодействие возрастного, личностного и дизонтогенетического факторов).

Вопрос, соответствующий данным задачам, может быть сформулирован в следующем виде:

Может ли потерпевший(ая) по уровню своего психосексуального развития или в силу возможных аномалий сексуальности правильно воспринимать такие-то обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания (правильно их воспроизвести)?